Вечер в швейных мастерских

25 октября 2010 22:42

Nick Barkley говорит: Звон колокольчика ознаменовал появление необычного посетителя. Посетительницы: благопристойные женщины Нортгейта предпочитали заказывать платье у частных, дорого берущих модисток, лишь бы не появляться в заведении госпожи Йоханс. - Мистер Ларднер, - мисс Баркли с легкой оторопью оглядела пышное, праздничное убранство лавки. Стол со свечами, занавеси... - Мне сказали, что вы здесь. Позволите в третий раз оторвать вас... от дела?
Джерард говорит: - И вам доброго вечера, мэм, - отозвался егерь. Ленца в его голосе обьяснялась стаканом, стоявшим в непосредственной близи от охотника; судя по всему, сегодня в нем было отнюдь не пиво. - Что на этот раз?
Nick Barkley говорит: - На этот раз у меня к вам частная просьба, - Вероника неловким полупоклоном поздоровалась с выглянувшей хозяйкой. - Мне придется уехать на несколько дней. Здесь, в Нортгейте, нет ни служебных псов, ни тех, кто умеет присматривать. Вы единственный из моих здешних знакомых, кто мог бы подержать Бисквита у себя. Все расходы, разумеется... - мисс Баркли положила ладонь поверх кармана плаща.
Джерард окинул мисс детектива задумчивым взглядом, словно прикидывая, сколько она готова заплатить за присмотр. Пару раз крутанул стакан против часовой стрелки. - Разумеется, - сказал наконец. - Если он у вас приучен сидеть взаперти по дню, а то и больше, то проблем быть не должно.
Nick Barkley нахмурилась. - Всякой собаке нужны прогулки, сэр. Вы собираетесь отлучаться надолго?
Джерард говорит: - Я егерь, мэм, - напомнил охотник, - это мой основной род занятий, моя профессия, призвание... Да что угодно. Конечно же, я собираюсь отлучаться надолго.
Nick Barkley говорит: - Мне показалось, что вы как раз несколько дней собирались провести в городе, - расстроенно заметила Вероника. Незаметно для себя самой поежилась - миссис Йоханс продолжала разглядывать посетительницу. - Право слово, не знаю, кому безопаснее доверить пса - вам, не возражая против того, чтобы он сопровождал вас на охоте, или кому-нибудь из констеблей.
Джерард говорит: - Я согласился побыть в городе только потому, что вы меня об этом попросили. Пару дней я мог себе позволить. Но быть нянькой у вашего пса...
Джерард говорит: - Для охоты он не сгодится. Городское животное, не умеющее вести себя в лесу. Для него это будет прогулкой, он станет мне мешать. Извините, но если мои условия вас не устраивают, ищите своему псу другую сиделку.
Nick Barkley говорит: - Простите за беспокойство, сэр, - хмуро произнесла девушка. Она не сердилась: вот еще, требовать от малознакомого человека услугу, если это ставит его в неудобное положение! Но вопрос с Бисквитом предстояло решить. - Хорошего отдыха.
Джерард неопределенно качнул головой, - мол, и вам того же, - после чего потянулся за бутылкой.
Amalia Johanns говорит: - Ваша знакомая, Джерард? - хозяйка мастерских поставила на стол небольшую корзинку душистых яблок. - Рассказывают, в последнее время с вами происходит много необычного. Расследование, тайны...
Джерард кивком поблагодарил за яблоки. Взял одно, разломил, сдобрил винный привкус яблочным послевкусием. - Спасибо, миссис Йоханс, - отозвался, смахивая с усов яблочную крошку. - Да, в некотором роде мы с мисс Баркли знакомы.
Джерард говорит: - Что до слухов, которые обо мне распостраняют... Я бы посоветовал этим людям заняться каким-нибудь делом. Оно много полезней, чем сочинительство сказок.
Amalia Johanns говорит: - Мои бедные девушки и так все время при деле, - улыбнулась уголками рта Амалия. - А после дела многих клиентов тянет поговорить. Один человек видел вас у доктора Тернера. Умоляю, скажите, зачем вас позвали! В этом городке происходит так мало волнующего...
Джерард хмыкнул. Отхлебнул вина, покатал терпковатую сладость на языке. - Не знаю, если честно. Позвали, а там с одним из пациентов плохо сделалось. Так и просидел в приемной весь вечер без толку. Ну а после уже не звали. Видимо, стал не нужен.
Amalia Johanns говорит: - Должно быть, вы застали смерть бедного Иеремии, - миссис Йоханс дружески-интимным жестом коснулась плеча егеря, тут же убрав руку. - Ужасная история. Говорят, вместо сиделок у его постели были следователи, все хотели выяснить что-то. Иеремия так и не пришел в себя?
Джерард говорит: - Возможно, - согласился егерь, ставя стакан на стол и удобнее устраиваясь в кресле. - Но увы, ничего сказать вам не могу, был в приемной.
Amalia Johanns говорит: - Вы не любите сплетен, - грустно улыбнулась Амалия. - А между тем, женщине в моем положении только это и остается. Мы здесь как в тюрьме, ограждены от общества нравами.
Джерард говорит: - Видите ли, миссис Йоханс... - Вино и тепло помещения определенно влияли на Джерарда положительно; он стал чуть более разговорчив. - Я не очень люблю, когда лезут в мою жизнь. Вернее, совсем этого не люблю. И, соответственно, по этой же причине не лезу в личную жизнь окружающих. Поступай с другими так, как ты хотел бы, чтобы поступали с тобой. Вот так.
Amalia Johanns говорит: - Конечно, Джерард, я понимаю, - хозяйка оперлась локтем на спинку его стула. От ее одежды шел сладковатый цветочный запах. - Кем я была бы, если бы не гнушалась рыться в чужом белье!.. Но здесь дело в другом. Все эти преступления очень нашумели, но вместе с тем окружены тайной. Я боюсь, признаюсь вам откровенно. Боюсь, что полиция от нас что-то скрывает и готова пожертвовать нами - в особенности теми, кто не совсем... благопристоен.
Джерард некоторое время молча кушал яблоко, щурясь на оплывавшие в настольном канделябре свечи. - Я могу посоветовать вам только одно, - сказал наконец. - Остерегайтесь покидать пределы города. И постарайтесь ограничить свое пребывание вне дома в ночное время суток.
Amalia Johanns говорит: - Ночное время мы проводим здесь, вынужденные открывать всякому, кто ищет нашего общества... - Амалия неловко повернулась. Сквозь ткань юбки Джерард ощутил тепло ее тела. - Скажите мне еще одно, Джерард. Убийца - человек? Может ли он быть одним из тех, перед кем мы предстаем нагие и беззащитные?
Джерард говорит: - Неизвестно, - отозвался егерь тем тоном, коим обычно говорят "да". Любой бы на его месте сказал бы "да". Амалия была хороша собой.
Vivian : В дверь негромко постучались...
Amalia Johanns еле слышно вздохнула. - Если б только я могла защитить моих девочек... Открыто! - женщина отступила на полшага назад. Вдруг снова полиция?
Джерард сморгнул. Кинул короткий взгляд в сторону двери и потянулся за стаканом, в котором еще что-то плескалось.
Vivian : Через щелочку едва приоткрытой двери просочилась худая мальчишеская фигурка. Позыркав на мужика со стаканом, фигурка приветственно кивнула Амалии: "Здравствуйте, миледи. Что с вами? Вы напуганы?" - и взгляд снова переместился к сидящему господину - настороженно-вопросительный.
Amalia Johanns говорит: - Примите мои соболезнования, - Амалия сделала реверанс. Испытующе поглядела на юношу. - Вы, должно быть, расстроены: кто теперь станет оплачивать ваши счета, Вивьян? - в риторическом вопросе содержался намек.
Джерард Мужик, тем временем, разделался с вином. Поднялся, прихватил из корзинки пару яблок; поблагодарив хозяйку за прием и пообещав заходить впредь, покинул мастерскую.
Vivian предпочел близоруко не заметить этого намека и повел плечами: "Милостью Света протянем как-нибудь, миледи, - проговорил, отступая, чтобы пропустить выходящего. - У вас, верно, очень большое сердце, - скорбящий брат оценил взглядом величину сердца хозяйки, - что вы переживаете даже за малознакомых вам людей".
Amalia Johanns говорит: - Переживания мужчин - это мой хлеб, - лукаво отозвалась хозяйка, улыбаясь священнику. - И если я не буду знать, что у вас на душе, а что в кошельке, не сумею устроить так, чтобы мы оба остались довольны.
Vivian почему-то быстро потерял интерес к этой беседе. Оглядывая помещение: "Слова мудрой женщины. Но, я надеюсь, вы меня простите, Амалия? Я слышал, что Кейти опять провела неспокойный день и теперь жаждет отпущения. И я уже обещал выслушать ее..." Мальчик хитро подмигнул Амалии и уже бодро шлепал наверх.

0

Онлайн

Сейчас на сайте 0 пользователей и 0 гостей.