Рыцари его величества

22 ноября 2010 20:43
Персонажи: 

...и вот она - Мельничья площадь, поместительное городское подворье с давным-давно пересохшим заколоченным колодцем в самой ее середине, продавленный перекресток - чашеообразная впадина, мощенная мелким раздробленным кирпичом. Серые унылые жилые домики с такими же серыми жителями, только-только просыпавшимися на поиски новой грошовой работы для этого дня, старая мельница, давно без крыльев, обратившаяся амбаром десятки лет назад, больница для бедных с зарешеченными окнами, по соседству со странноприимным домом, принимавшем теперь только беднейших из жителей города, и нависший несуразной, блестяще-желтой громадой трехэтажный дом "Поркинсона и сыновей".
Трое мужчин, вооруженных саблями, о чем-то негромко спорили, привалившись к выгибу стены одного из покинутых зданий, не имевших больше назначения.
"Милосердие? - неожиданно повысил голос единственный рыжий из них, обращенный затылком к детективу в тот самый момент, когда собака, наморщив нос, наконец замерла. - К бесам это ваше милосердие! Меня интересует только контрабанда".

- Мер-рзавец, - процедила себе под нос мисс Баркли, бросив на вывеску короткий взгляд. Участие ростовщика в этом деле было несомненным, и детектив не сомневалась, что отправит его на виселицу. Слабое, впрочем, утешение для солдатской вдовы, которая сейчас в госпитале. Зато мистеру Ларднеру еще не поздно помочь: у Вероники была на это надежда. Она поманила к себе одного из констеблей, грузного человека в одежде обывателя. - Тернс, берите Бисквита и зайдите к процентщику. Свистите, если пес что-то найдет.
Сама Баркли осталась снаружи в компании двух других полисменов. То сборище у стены нуждалось в присмотре.

"Ну же, брат, - мягко успокаивал рыжего его собеседник, бледный юноша с беззаботной улыбкой на ярких губах и венком из нежных молодых васильков в кольчужной рукавице. Глубокие глаза изучали плетение тоненьких лепестков вдумчиво, внимательно, неподвижно, - чья земля, того и вера. Разве ты можешь быть недоволен?" Третий собеседник, седой старик с лениво-скучающим выражением лица, опустив веки, опирался спиной о черную решетку, спрятав ладони за кирасу, и молчал, пожевывая бледную тростинку. Все трое были в полной броне и имели вид самоуверенный и дерзкий, неуловимо-рыцарский, были словно нарисованной гравюрой из какого-то приключенческого романа.
...А у ростовщика сегодня было закрыто - может, он открывался позже и сейчас спал или его просто-напросто не было дома, но дверь была заперта, и на стук никто не отзывался.
"Я *могу* быть недоволен! - горячо возражал рыжий. - Око за око - раз. Пустые карманы - два!"

Кивнув Тернсу, который вернулся ни с чем, Вероника взяла у него поводок Бисквита и медленно пошла вдоль домов по направлению к троице. Правая рука детектива была утоплена в кармане плаща; ее напряженные спутники, гремевшие сапогами в шаге позади, тоже не выглядели простыми прохожими. Не упуская из виду бронированных собеседников, констебль краем глаза следила за поведением пса - он должен понять, куда именно ведут следы.

"И сапфир, и море? - миролюбиво поинтересовался мальчик. Забавляясь, он поворачивал ладонь то так, то эдак, с интересом наблюдая как перекатываются по разреженному металлу свежие соцветия. - Впрочем, сыновья почтительность всегда была твоим слабым местом..." - "Проклятье, почему ты упрямишься? Мало - простолюдин, егерь!" - бесновался рыжий. Всплеснув руками, брякнув железными кольцами, решительно развернулся - за опущенными ресницами мальчишки ему было не найти понимания... Зеленые глаза с узкими точечками-зрачками вперились в женщину с собакой...

Не было смысла притворяться странной семьей на прогулке. Трое из линейной полиции - Тернс, Хемшир и Вэйн - надвигались грозно, все тяжеловесные бугаи с кирпичными физиономии, а овчарка на поводке у девушки щерила огромные клыки.
- Господа, бросьте, пожалуйста, сабли на землю и развернитесь лицами к стене, - почти дружелюбно заговорила Вероника. Ее спутники слитным движением потянули из-под плащей пистоли. - Не сомневаюсь в вашей подготовке, но пуля обгонит самого быстрого.

Молчание. Даже ветер как-то притих. Разлепил усталые веки старик, бесконечно отстраненный, спокойный, неживой - он видел перед собой только собаку, словно это она обратилась к нему, а не детектив. Старик не пошевелился. Рыжий склонил голову набок, не было сомнений, что внутри него клокотала жестокая ярость - он даже не пытался скрыть ее, обожженный дерзостью просьбы констебля, побледневший, со сведенными в одну густую пышную линию бровями. Рыжий не пошевелился. Мальчик поднял глаза на следовавших рядом с девушкой мужчин - лицо свежее, светлое, ему было не больше семнадцати. Губы его скривились насмешливой полуулыбкой. Он вышел вперед, расставляя в сторону руки - смотрите, мол, они пустые, если не считать кроткого цветочного колечка, но им можно ранить только сердце влюбленного. "Мэм?"

Веронике захотелось отступить. Вместо этого она добавила к трем черным дулам, смотревшим в лица преступников (а это были преступники, Бисквит не ошибается!), дуло собственного пистолета.
- Королевский сыск. Сабли на пол, господа. Отказ повиноваться даст нам право стрелять. Стрелять сразу в головы, дабы не подвергать себя риску. Выполняйте - и начинайте вспоминать, где Джерард Ларднер, гарнизонный егерь.
Констебль говорила отрывисто, и, глядя на нее, никто бы не усомнился, что эта миниатюрная девушка сможет разнести лоб пареньку с цветами, если тот не расстанется с оружием. Есть что-то общее между холодным, рыбьим взглядом убийцы и фанатично блестящими глазами блюстителей закона, готовых вынести и исполнить приговор.

"Это... немыслимая... наглость!" - взревел рыжий. Содрогаясь от ярости, он тянулся окованными в металл пальцами к рукояти сабли - явно без намерения бросить ее затем о землю. Прежде чем случилось непоправимое, мальчик успел удержать рыжего за предплечье, другой рукой упрашивая полицейских не спешить - венок скатился по его запястью до локтя и задрожал там, раскручиваясь. Хрустальные целомудренные глаза - его оружие по-прежнему крепко держалось на поясе, и он не верил, что такая мелочь может привести к смертоубийству.
...беззвучно расстегнулась кул-тирасская портупея старика, его оружие, не звякнув, скатилось по латам до кавалерийских сапог и повалилась в выросшую среди порушенной кладки высокую траву. Тростинка переместилась в уголок рта, а взгляд - на пистолет одного из последователей девушки-детектива. В его глазах не было и тени беспокойства. Невозможно-медленно, встряхнув длинными морозно-пепельными волосами, он начал поворачиваться лицом к решетке.

- Будьте благоразумны, сэр, - голос Ник начал звенеть от напряжения. Струна, которая вот-вот лопнет, хлестнув навылет, - теперь она целилась в рыжего. - По меньшей мере один из вас обвиняется в нападении на дом Джерарда Ларднера и похищении означенного джентльмена. О том, как вы связаны с Поркинсоном и его цепной полуэльфкой, мы поговорим позже. Сейчас меня интересует, куда вы подевали Ларднера.

"Я не собираюсь это выслушивать!" Грубо вырвался из захвата, но к сабле больше не тянулся. Вызывающе-смелый шаг вперед, раздувающиеся ноздри оскорбленного плешивыми гиенами льва, он сложил руки на груди и глядел на детектива - на нее одну - поверх дула. Хочешь стрелять, мол? Так стреляй! С оружием я не расстанусь!
"Послушайте, мисс... тут определенно какая-то ошибка, - увещевал мальчик. Несколько светло-фиолетовых лепестков, не справившись с накалом, осыпались с колебавшегося на руке венца. - Уверяю вас, что мы впервые слышим имена этих джентльменов..."

- Ну-ка остыньте, сэр, а то сквозняк в пробитом черепе живо остудит вам мозги! - это Тернс, раскрасневшийся больше обычного. - Видел я таких храбрых. Будете ерепениться, первая пуля уйдет вашему малолетнему другу, и винить в этом придется только себя.
- Развернитесь к стене, и я выслушаю ваши объяснения, - бросила детектив в адрес мальчишки. Она по-прежнему целилась в рыжего, и сгиб ее указательного пальца был молочно-белым. - Вы тоже - к стене. Можете оставить саблю, раз принципы, позволяющие нарушать закон, не дают вам расстаться с ней.
Пес больше не рычал. Припав к земле, он пристально следил за самым агрессивным из троицы, тем, что выступил вперед.

...и умолкнувший Бисквит оказался прозорливее Тернса. "Это последняя капля!" Лев взроптал, падая на землю. Левая рука с тяжеленным щитком должна была защитить его лицо от первых пуль, правой он уже высвобождал саблю... когда-то давно, застигнутые врасплох дюжиной зеленокожих метателей томагавков, петляя и изворачиваясь, они на пару с отцом добежали до наспех сколоченных баррикад, вынудив трусливых длинноухих обезьян принять ближний бой - и одержали в нем победу. Тогда при них были башенные щиты и шлемы, но и расстояние было куда значительнее! Он не боялся пуль - что они значили против его оружия и скорости? Лишь бы успеть... он сгибал колени, думая о двух прыжках.

Парень издал сокрушенный вздох - конечно, он узнал этот рык. Что ж, пусть ему не хотелось доводить до кровопролития, но полисмены виноваты сами - рыжеволосый наследник Броваров не терпит наставленных на него пистолей... А мальчик не собирался оставлять кровного брата в этой битве одного - раскручиваясь волчком, сбивая с толку, он выхватит саблю и отправит точно в шею этому красноносому остолопу, посмевшему целиться в него. Куколькое васильковое колечко, подарок любимой, теряло свои лепестки...

Предплечьем все лицо не закрыть: Баркли выстрелила, метя в оголенный участок кожи. Жалела она только об одном - что не обошлась, как в прошлый раз, единственным предупреждением. Ничего, подумала она, разрывая расстояние прыжком назад, если выйдет невредимой из этой схватки, новой ошибки не будет.
Насильники, убийцы и похитители людей не заслуживают другого обращения.
Тернс, тертый калач, выстрелил в свою цель, как только рыжий рванул руку к лицу. Бойня так бойня, бывалому солдату не привыкать. Двое других, помоложе, медлили с выстрелами, не уверенные, что попадут.
И еще был Бисквит, бросившийся в ноги нападавшему, многофунтовый оскаленный зверь.

Увы, рыцарство Гилнеаса со скоростью пули уходило в прошлое - на что рассчитывали двое, теша свое самолюбие? Пуля - не топорик, и совершенная реакция не поможет, когда курок спускают в нескольких шагах от тебя. Снаряд Тернса пробил светлый висок юноши, выскочил, замедленный, с затылка, сопровождаясь неудержимой кровавой струей - повинуясь собственной инерции, мальчик еще крутился, опадая на землю. И рыжий, лишившись половины лица, алыми от прилившей крови глазами - но уже мертвыми - несколько неумолимо долгих мгновений падения еще глядел на свою убийцу. Коснувшись земли, он грузно грохнул бесполезным доспехом. Не оборачиваясь, старик опустил седую голову.

Лицо детектива было похоже на посмертный восковый слепок - неподвижное, лишенное красок, но вместо того, чтобы застыть памятником совершенному убийству, она механически и быстро перезаряжала пистолет.
В темных глазах мисс Баркли было спокойное осознание правоты.
Все по инструкции.
Тернс чертыхнулся, тоскуя. Что за жизнь, что за работа, если приходится стрелять в детей? Что, к бесовой матери, за времена?
- А ведь предупреждали, - буркнул он, красный и тяжеловесный, со вспотевшим лицом. Хемшир и Вэйн, земляки-сослуживцы, стояли без движения, позволяя ветру трепать полы плащей.
- Гнусно поднимать руку на слуг королевства, - безжизненно заговорила констебль, - а еще гнуснее вторгаться в мирные дома. Если то были ваши друзья, вы теперь ненавидите нас, сэр, и эта ненависть повлечет новые смерти, но у нас не было выбора. Теперь к делу. Мистеру Ларднеру была обещана защита нортгейтской полиции. Вы знаете, где он?

Седовласый помедлил. Он не поворачивался. Глухой, мрачный голос: "Я не ненавижу вас, - долгая пауза. Затем, все так же смотря на траву под решеткой, ответил. - Скорее всего, нет. Скорее всего, он уже мертв".

Светловолосая женщина, смешанная с уличной грязью. Бывший констебль, который хотел уехать подальше от невзгод. Детектив Баркли дважды убила, но ни разу не предотвратила зло. Если так проявляет себя закон, то...
Она не додумала эту мысль, отмахнулась от нее, крепче сжав рукоять перезаряженного пистолета. Голос немного охрип.
- Уверенности у вас нет, значит, вы оставили его живым. Когда и где?

Старик опустил ладони на прутья решетки, нанизывая темноту, едва-едва разгоняемую поднимавшимся за низкими свинцовыми облаками солнцем. И опять он ответил не сразу и лаконично, тем же тоном: "*Я* никого не оставлял. Я *знаю*, что он совершал преступления. Я *знаю*, что сейчас его заставляют расплачиваться за них. Я *не знаю* кто и где".

- Все его преступление заключается в наличии совести.
Это было лишним, ненужным. Детектив упрекнула себя: ведь она сейчас не на суде, и никакие слова в защиту Ларднера не помогут его найти.
Бисквит, обнюхавший покойников, коротко гавкнул на старика.
- Вы прикасались к нему, - перевела Вероника. Рука устала целиться, и она опустила пистолет, зная, что спутники не подведут. - Когда это было? Кому вы передали его?

"Я был у его дома, - ответил седой, - я видел, как выносили его тело. Он был жив. И это все".

- Это не все, - жестко сказала констебль. - Вы знаете больше. О каких преступлениях вы говорили? Известны ли вам те, кто его унесли? И, наконец, кто вы такой и кем были эти люди, напавшие на представителей королевской власти?

"Его обвинят в нескольких убийствах, - пояснял безоружный человек в полной броне, неподвижной статуей нависший перед решеткой. - Мое имя Бенедикт Малахий, я седьмой из Шести Королевских Рыцарей, - он проговорил свой титул с какой-то особой торжественной гордостью, отчего он прозвучал громче и внушительнее прочих слов старика. - Двое убитых сегодня - мои кровные братья. Нам шестерым была поручена почетная миссия - поймать и привести преступника против Короля на законный суд. Вероника, - помолчав, совершенно неожиданно и мягко, все так же примыкая к стене, он обратился к девушке по имени, - знайте, что четверо оставшихся в живых моих братьев отныне будут считать вас своим врагом. Вас и этих людей рядом с вами. Уходите из города. Вам это не по плечу".

Мужчины в штатском со значением переглянулись: вот оно, эхо заговора! Похоже, маленькому детективу из столицы удалось сесть на хвост преступникам. Никто из них не обратил внимания на то, как часто и нервно смаргивала неподвижная мисс Баркли.
- Законный суд есть только один, - глухо произнесла она. - Это суд короля Генна из рода Грэйменов. Мне не известно, почему все вы так преданно служите самозванцу, но из того, что я видела, могу вывести одно - он держит вас в страхе. Помогите мне найти Ларднера. Полиция убережет вас от мести преступников: мы больше не станем недооценивать их.
"Я уже рассказал все, что *знал*. Где они содержат преступника, я *не знаю*".
- Где должен был состояться суд? - не отступила констебль.
"Я *не знаю*. Скорее всего, он уже мертв", - повторил старик. Он не выказывал ни нетерпения, ни снисходительности голосом... Его слова звучали отрешенно, словно он прощался с миром и Светом, занося ногу над пропастью.
Вероника помолчала.
- Я вынуждена арестовать вас, сэр, для допроса в участке. Заведите обе руки за спину. Тернс, будьте любезны, наденьте на господина наручники.

Старик выполнил приказ детектива так же, как и все предыдущие. Запрокинув голову, осыпавшись волосами, глядел на придавливающие землю хмурые полные облака, пока с него снимали кольчужные перчатки и заковывали за спиной руки. Он пойдет следом за конвоирами туда, куда его поведут без возражений или сомнений. Глубокие морщины между кустистыми бровями и приспущенные веки - он говорил сам с собой о чем-то очень важном.

Им пришлось несколько минут простоять гротескной театральной группой, пока на свисток Тернса не прибыл патруль, случайно (а как же еще) прослушавший выстрелы. Старика увели, пообещав вернуться с носилками - один из патрульных, высоко подняв подбородок, остался охранять трупы.
А детективу Баркли и констеблям в штатском надо было продолжать путь.
- Ищи, Бисквит, - девушка наклонилась, чтобы огладить мохнатую холку. - Где мистер Ларднер? Ищи его.
Пес вернулся к дому ростовщика, гавкнул, поскреб дверь.
- Господа, вы не могли бы ее выбить? - с заученной деликатностью попросила Вероника. - Боюсь, у меня не выйдет.
Тернс хмыкнул, оценивая предстоящую работу.

0
К новым
0
23 ноября 2010 - 22:11 #1 Crux 526
Crux

Это уже не только игра, но и поэзия.

0
24 ноября 2010 - 8:08 #2 Raquedinal 2538 Мастер
Raquedinal

с давным-давно пересохшим заколоченным колодцом

0
24 ноября 2010 - 16:47 #3 Dea 5695 Мастер
Dea

Fxd. Опечатки бывают(

0
25 ноября 2010 - 11:39 #4 Commando 216
Commando

Как будто даже и не Варкрафт. Красиво.

Онлайн

Сейчас на сайте 0 пользователей и 0 гостей.