Псы и волки

5 декабря 2010 07:30

- Что, черт возьми, происходит в этом городе?
Майор Миллс обращался к портрету короля Генна, а тот равнодушно поблескивал рамой, величественный и немой. Молчала и мисс Баркли, несоразмерно маленькая в глубинах старомодного кресла, куда майор усаживал посетителей.
- Вы детектив. Я дал вам людей и свободу действий. Где результаты? Вот это, - офицер яростно припечатал ладонью исписанную бумагу, - вы называете результатами?
- Майор...
- Помолчите.
Миллс вскочил с места и принялся ходить из угла в угол, заложив руки за спину.
- Вы едва не угробили десятерых констеблей. По вашей вине погиб Хемшир и пропал Вэйн. В обмен на это вы скармливаете мне смутные слухи о заговоре и таскаете в участок трупы. С разнесенными головами.
- Мне просто повезло, сэр. Я не очень метко стреляю, - негромко заметила Вероника.
- Молчите! - рыкнул майор, останавливаясь напротив детектива. Помолчал, буравя глазами ее влажный лоб, махнул рукой. - Черт с вами, говорите. Я слушаю ваши оправдания.
Вероника сцепила пальцы, взволнованная, как в первый день после курсов подготовки. Сколько недель прошло с ее приезда в Нортгейт? Совсем недавно она так само робела перед майором, листавшим ее личное дело: разочарованное "Ник Баркли? Я ожидал мужчину" тогда сильно испортило ей настроение.
Голос детектива зазвучал глухо и бесцветно.
- Причина вчерашнего провала и будущих - некомпетентность тех, кто возглавляет полицейское управление Нортгейта, в частности, ваша, майор.
Миллс побагровел. Пока он подыскивал слова, девушка в кресле продолжила:
- Фактически, сэр, этот город уже не принадлежит королевству. Вы допустили расхищение взрывчатки и оружия, существование трущобных притонов, не уделяли должного внимания беспризорникам, из которых сейчас, в эту самую секунду, делают самоубийц и убийц. Вы сами видели девочку, едва не обменявшую жизнь на жизни десятерых взрослых мужчин, видели пороховые шашки, которыми пользовалась преступница - не самая влиятельная среди себе подобных. В участке даже нет обученных псов, которые могли бы не допустить того, что случилось недавно: да, я о собаках, которые унюхают взрывчатку под слоями одежды. Нортгейт на грани восстания, и при нынешней готовности полиции его вряд ли удастся предотвратить. У меня все. Сэр.
- Все? - со странной интонацией переспросил Миллс, наклоняясь к ней. Вероника вжалась в кресло и едва заметно кивнула, плотно стиснув пересохшие губы. Она не опускала и не отводила глаза.
- Вы, кажется, боитесь, - медленно произнес майор. - Увольнения или трибунала? Или до последнего будете геройствовать и скажете: "Боюсь, что вы мне не поверите"?
- Все вместе, сэр.
- А все же?
Детектив выдержала пристальный взгляд.
- Если вы мне не поверите, то, что сделают эти люди - не только со мной, со всеми, кто верен королю - будет страшнее увольнения или трибунала.
Миллс развернулся, отошел к столу и грузно опустился в свое кресло. Бегло проглядел недавний отчет, перелистнул страницы мясистыми пальцами. Задумчиво хмыкнув, потянулся к чернильнице - и, когда его взгляд пересекся с вопросительным взглядом Вероники, высоко поднял брови, словно впервые заметил, что он в кабинете не один.
- Вы еще здесь?
- Простите, сэр?
Миллс раздраженно фыркнул.
- Собаки. Займитесь ими. Да шевелитесь же! И попробуйте еще раз сказать "не очень метко стреляю": отложите вязание, свидания, или чем вы там занимаетесь, и практикуйтесь, начните сейчас же, хватит на меня смотреть кукольными глазами, вон! Д-детектив...
- Спасибо, сэр...
- Вон, я сказал! - рявкнул майор.
Покидая кабинет, Вероника торжествующе улыбалась.

Около полудня в полицейском участке объявился очередной "посетитель" в лице не так давно пропавшего Джерарда Ларднера, гарнизонного егеря. Был оный егерь заметно бледен, с синяком на виске, но в остальном выглядел вполне благопристойно, - причесан, чисто одет, короткая борода аккуратно подстрижена. На одном плече егеря висело ружье в кожаном чехле, на другом, - туго набитый вещевой мешок из непромокаемой ткани; углядев дежурного, Джерард направился к нему.
Надо было узнать, принимает ли майор сегодня.

Дежурный - молодой констебль с одутловатым после вчерашней попойки лицом - равнодушно сообщил, что майор Миллс очень занят. В этот момент дверь майорского кабинета распахнулась, выпуская наружу вдохновленного детектива; при виде Джерарда Вероника прикипела к месту с медленно угасающей улыбкой, и ее глаза изумленно расширились, как у человека, встретившего покойника.
- Мистер Ларднер? - недоверчиво спросила детектив. - А вы... Разве не...

- Не дождетесь... - проворчал егерь и, оглядевшись, шагнул от дежурной конторке к длинной лавке у стены; сбросил на сидение вещмешок, снял ружье, осторожно сел рядом со своими вещами.
- Видите ли, бандиты устали ждать, когда вы меня спасете, - пояснил, пристраивая зачехленное оружие поперек коленей. - Обиделись и велели убираться.

Детектив шагнула к стене, чтобы не мешать констеблям и клеркам, сновавшим по участку. Прислонилась плечом к дубовой обшивке, изучающе, недоверчиво разглядывая Ларднера.
- Я перестала вас искать. Бисквит привел к дому ростовщика, но тот прикинулся, будто ничего не знает: хитрый подлец, устроил все так, что его нельзя было взять под стражу. Нашлись ваши похитители. Они были уверены, что вы уже мертвы, и... Я перестала вас искать, - повторила Вероника. - Почему вас отпустили?
Подоплека этого вопроса открытым текстом читалась в ее подозрительном взгляде.

Ответом констеблю был не менее подозрительный взгляд, - слишком свежи были в памяти слова типа в маске. О том, что в полиции достаточно осведомителей. Возможно ли такое, что вот эта девушка является одним из них? Кажется, двойных агентов и набирают вот из таких, большеглазых девиц, про которых можно подумать все что угодно, - кроме плохого.
Пауза затянулась.
- Я не уверен, - сказал егерь наконец, - что об этом стоит говорить здесь, в этих стенах. Если коротко, то я и сам не знаю, почему меня отпустили. Вы были у майора; скажите, он будет занят весь день?

- Он у себя и сильно не в духе, - ответила детектив. - Вас он примет, уверена: если вы готовы рассказать что-то о своих похитителях, майор отложит любые дела. А это, - мисс Баркли кивнула на вещевой мешок, - означает, что вы собрались уезжать?

Новость Джерарда не обрадовала; хмыкнув, егерь прислонился плечами к стене. Едва заметно поморщился.
- Уезжать не собираюсь, - сказал негромко, глядя мимо констебля на сновавших по участку людей. - Если под этим словом подразумевается переезд из Нортгейта в столицу. Но переехать мне придется. Дом, в котором я жил, перестал быть безопасным местом. К тому же, он принадлежит не мне, а доставлять неприятности мистеру Бревигу я не хочу. Поэтому сегодня утром мистер Бревиг получил расчет, за проживание и нанесенный ущерб своему имуществу.

Вероника понимающе кивнула. Расстегнув несколько пуговиц на сюртуке, вытянула ключ из внутреннего кармана.
- Это ваше. Мне так и не довелось побывать там: сначала пыталась разыскать вас, потом - арестовать тех, кто вас... убил. Напрасно. Они не сдаются живыми. За редким исключением.

- А живете вы по прежнему в участке? - спросил егерь, переводя взгляд на ключ.

- Да, сэр. По счастью, офицер снабжения позволила мне занять верхнюю койку в своей комнате, иначе это было бы очень неудобно - рассеянно ответила Вероника, поглядывая на дверь майорского кабинета. Ей крайне хотелось знать, о чем пойдет разговор. - Мистер Ларднер, вы не возражаете, если я буду присутствовать при вашей беседе с майором? Это очень помогло бы расследованию.

Егерь ответил не сразу. Забрал ключ, сунул его в карман куртки, наброшенной поверх свитера; с осторожностью человека, берегущегося от резких движений, поднялся с лавки.
- Это решит майор, - сказал, развешивая по плечам свои вещи. - Идемте. Если Миллс был занят вами, то сейчас он более свободен, чем несколько минут назад.

Вероника постучала; услышав ответный рык майора, открыла дверь и вошла. Миллс, увидев ее, сдвинул брови.
- Я, кажется... А это кто с вами? Ба, покойник! - офицер резко откинулся на спинку кресла, разглядывая Ларднера. - Ловко вы утерли нос сыску. А детектив старалась, искала, погубила двух человек... Садитесь. А вы, Баркли, идите, куда я вас послал. Ну?!
Майорский окрик заставил констебля шатнуться к выходу, но она остановилась. Решительно подняла голову.
- Я хотела бы остаться, сэр. Это важно.
- Черт с вами. А вы что молчите, Ларднер? Я разве не сказал вам докладывать?

- Это в самом деле может оказаться важным, сэр, - негромко подтвердил "покойник", присаживаясь в одно из кресел. Оглянулся было на застывшую у дверей девушку, снова перевел взгляд на майора. - Мисс Баркли считает, что информация, которую я хочу вам предоставить, способна оказать немалую пользу для сыскной работы. Я не против её присутствия, сэр, но при условии, что вы ей всецело доверяете.

- Я? Ей? - майор хмыкнул. - Я бы не доверил этой женщине захват хромого, слепого и безрукого преступника. Более того, у нее хватило ума угрожать пистолетом убийце, обвязанному пороховыми шашками. Но - именно поэтому скрывать от нее нечего. Почему вы стоите, Баркли? Сядьте, не маячьте, как привидение. А вы рассказывайте, Ларднер.

- Во-первых, - начал егерь, борясь с искушением удобнее расположиться в кресле; дыре пониже лопатки это не понравилось бы, - действующая в городе бандитская группировка занимается перепродажей оружия врагам короны. Во-вторых, она имеет крайне внушительные размеры и под завязку полна непугаными идиотами, считающими, что похитить человека, обвинить его в убийстве пары своих людей на заброшенной ферме и вытолкнуть после этого на арену подпольных боев, - это норма вещей. Другой же половине группировки, в коей идиотов поменьше, такое течение дел крайне не нравится, но управу на своих же они, по всей видимости, найти не могут. Поэтому меня выкупили у идиотов с целью сделать из пленника двойного агента. Который, по мнению выкупателей, ловко будет хватать констеблей за руки с пистолетами и громогласно призывать не стрелять в убийцу из отдела идиотов, чтобы идиоты не обозлились и у них совсем ум за разум не зашел.
На этом самом месте Джерард сделал паузу. Для майора, - пусть обдумает услышанное.

- Двойные агенты в полиции? Подпольные бои в Нортгейте? - переспросил майор. Тон, которым он это произнес, был пострашнее любого рева и рыка.
- Я же говорила...
- Молчать! - вот теперь Миллс рявкнул, да так, что зазвенели оконные стекла. - Мы их накроем. Сотрем в порошок. Припомните, Ларднер, где это было. Что вы слышали? Подковы по брусчатке? Хлюпанье грязи над головой? Воняло сточными водами? Где эти крысы устроили свое логово?

- Воняло, - согласился Джерард без особого промедления, - и воняло знатно. Отходами жизнедеятельности. Окон я не видел. Могу предположить, что дело было под землей. Насколько далеко отсюда, - не могу сказать, был доставлен туда в бессознательном состоянии. Когда меня везли обратно, то изрядно петляли по улицам, да и глаза у меня были завязаны. Но это не всё, сэр. Я хотел бы подать прошение о возврате в ряды полиции.

Майор поднялся, неторопливо подошел к креслу, в котором сидел егерь. Посмотрел на Ларднера сверху вниз, словно вдавливая его взглядом в сиденье.
- А вы ловкий человек. Рассказали мне о попытке сделать вас двойным агентом, чтобы, не навлекая на себя подозрений, стать им? Если вы отказали преступникам, почему они отпустили вас?

Егерь даже не шелохнулся.
- Я не первый год живу в Нортгейте, - сказал, спокойно глядя на майора снизу вверх. - И до настоящего момента никто не пытался уличить меня в лицемерии или бесчестных деяниях. Мисс Баркли уже успела задать мне тот же вопрос; теперь, когда доверие к ней подтверждено вами, я могу ответить. Самое очевидное, - преступники уверены, что я не проживу долго. Что те, другие, которые упорно считают меня повинным в смерти своих товарищей, доберутся до меня. Мне отсоветовали идти искать помощи у полиции, мне отсоветовали уезжать. Мне косвенно намекнули, что я не жилец. Не самое приятное ощущение, - чувствовать себя безвольной, беспомощной овцой, которую обязательно зарежут. Поэтому я хочу быть псом. Собакой, которая передушит этих тварей, считающих, что они в городе хозяева, у которых есть право именоваться королями и выносить приговоры ни в чем не повинным людям. Они считают, что констебли, - это просто куклы, ряженые в мундирное сукно. Как бывшего полисмена, это выводит меня из себя, сэр.

- А вы что молчите, Баркли? - рявкнул майор, не отводя взгляда от егеря. - Онемели? Неужели не ясно, что я хочу знать ваше мнение?
Вероника подавила раздражение. Таков он был, этот Миллс.
- Из мистера Ларднера выйдет хороший пес, сэр.
Офицер, недоверчиво хмыкнув, вернулся за стол.
- Я подпишу ваше прошение, - проворчал он, крутя в пальцах перо. - Будете работать с детективом. Баркли, ребенка допросили? Раз уж вы не захватили живым того негодяя...
Девушка опустила голову.
- Она умерла, сэр.
- Что?.. Кто позволил?
- Доктор Тернер не может точно сказать, сэр. Был ушиб головы, но...
- Так вызовите Руда! - прорычал Миллс. - Не может... Кто в этом городе может хоть что-то, скажите на милость? Все, уходите. За работу, немедленно. Оба!

- Еще одно, сэр. - Джерард, - в правой руке рюкзак, в левой чехол с ружьем, - поднялся из кресла. - Не исключено, что выкупатели могут выйти на меня снова. Как я понял, за мое освобождение была заплачена большая сумма денег и эти люди, возможно, захотят проверить, не передумал ли я. Вам нужен дважды двойной агент?

Майор уставился на егеря, постукивая заостренным концом пера по столу. Молчал долго, делая в уме какие-то выкладки.
- Нужен, - кивнул наконец Миллс. - А вам это по силам? Если вы опять во что-нибудь вляпаетесь, а Баркли помчится выручать, теряя моих людей, оба пойдете под трибунал. Под трибунал, я сказал.

Джерард позволил себе кривую усмешку.
- Как человек, коему перед боем самым подлым образом сунули нож под лопатку, могу сказать только одно, - по отношению к столь бесчестным людям любые средства хороши. Не уверен, что мне сразу доверят ценную информацию, но даже мизер лучше, чем ничего. Что касаемо мисс Баркли и возможных геройств с её стороны, то я лично... хм... проведу с детективом воспитательную беседу, которая весьма доходчиво объяснит ей все тонкости предстоящего дела. Если я вляпаюсь, то это будут только мои проблемы.

Перо сломалось, и майор отбросил его щелчком пальцев.
- Ну уж нет. Полиция не бросает тех, кто служит королю, - проворчал он. - Они думают, что всесильны? Мы покажем им, что Нортгейт все еще принадлежит Гилнеасу. У вас все? Идите. Интендант выдаст все необходимое.

- Так точно, сэр.
Даже не пришлось вспоминать устав. Нужные слова сами сорвались с губ, будто бы и не было трех лет охотничьей жизни; снова водрузив на плечи свою поклажу, Джерард коротко зыркнул на притихшую мисс Баркли и вышел за дверь.

Вероника не стала дожидаться, пока майор снова на нее прикрикнет, и выскользнула следом.
- Воспитательная беседа, сэр? - отрывисто сказала она, догнав Ларднера. - Надеюсь, вы сказали об этом Миллсу только потому, что он хотел услышать нечто подобное. Постойте, куда вы теперь? Я покажу вам, где можно получить форму. И теперь вы можете ночевать здесь: свободных коек больше, чем констеблей.

- Тогда ведите, - согласился егерь, следом за девушкой взявший курс на казармы. - Амуниция не помешает, а вот с пропиской меня в казарме вы, как мне кажется, немного поторопились. Впрочем, если со мной захотят связаться, то найдут способ... Нет, мисс. О воспитательной беседе я упомянул совершенно серьезно, но проводить её не считаю нужным, так как вы сами всё понимаете.

Детектив вспыхнула.
- Ничего подобного. Во-первых, я обещала вам защиту полиции. Во-вторых, у нас была возможность выйти на их логово. Я действовала строго по инструкции, а гибель констеблей - результат того, что на ночную жизнь Нортгейта слишком долго закрывали глаза. Нельзя было предвидеть, что у преступников настолько обширные связи и такой выбор методов. Отставные военные, дети-самоубийцы... Мы такого не проходили, сэр.
Последнее прозвучало глупо, и Вероника с досадой закусила губу. Длинный коридор кончился, вывел из административного крыла в казармы: там, в компании дежурного, мисс Баркли ждал ее пес. Подойдя к Ларднеру, Бисквит вежливо вильнул хвостом и вывесил язык.
- Он рад вас видеть, - пояснила детектив.

- Значит, узнаете, что такое трибунал, - рассеянно пообещал Джерард, коротко потрепав слегка прижмурившегося пса промеж ушей. Ну, хоть кто-то в этом чертовом городишке рад его видеть...
- Спасибо за сопровождение, - сказал егерь, поворачиваясь к девушке. - Дальше я сам.

- Майор разрешил выписать из питомника ищеек... Пойдем, Бисквит. И еще, сэр, мистер Руд теперь работает на полицию - он ведь ученый, химик. Доверия у меня, впрочем, не вызывает.
Сообщив эту новость, Баркли шагнула к дверям: из казарм можно было выйти на тренировочный двор, где детективу предстояли упражнения с огнестрелом. Зима? Ну и что же: преступники вряд ли будут ждать до весны.
Вероника вздохнула.
- Если я понадоблюсь, сэр, то страдаю за родину на морозе.

0
К новым
0
6 декабря 2010 - 9:28 #1 Crux 526
Crux

- Если я понадоблюсь, сэр, то страдаю за родину на морозе.

*Утащил в свой цитатник*

Онлайн

Сейчас на сайте 0 пользователей и 0 гостей.