Проклятие Вудов

4 ноября 2010 18:28
Персонажи: 

(Отыгрыш в квипе).

За все время, что Джерард провел возле бывшего дома Эрин и в его окрестностях, он не видел ни одного жителя Стоун Крик: видно, им больше нравилось ходить за сухостоем и поздними грибами в рощу, примыкавшую к поселению, а не в сосновый лес, который обзавелся дурной славой.
Тем удивительнее была встреча на берегу ручья, что встретился по пути в предгорья. Егерю пришлось остановиться, примериваясь к каменной переправе, а когда он поднял глаза...
Старушка появилась Свет знает откуда. Сгорбленная, закутанная в шерстяной платок, с вязанкой хвороста на плечах, она топталась на другом берегу, трогая деревянным башмаком плоский валун.
- Переведи через ручей, сынок, - продребезжала старая леди.

Некоторое время старуха и охотник молча смотрели друг на друга. Шумела вода в ручье, крутила золото листвы меж черных камней; по-прежнему храня привычное молчание, Джерард поправил ружье на плече и уверенно ступил на переправу.
- Перевести не переведу, - проворчал, оказавшись на другой стороне ручья и складывая свои пожитки наземь, рядом со старой леди. – Перенести могу. Давайте сперва ваш хворост.

Бабушка с лисьей ловкостью сгрузила с себя вязанку. Улыбнулась, качая головой.
- Добрый ты человек. Другой бы для чужой старухи не стал гнуть спину. Только зачем тебе в этот лес, сынок? Не ходи туда. Давно, давным-давно, когда прабабки моей бабки еще на свете не было, говорили, что здесь не место для людей. И теперь говорят. Мне-то что? Мне скоро все равно в землю, а ты еще молодой...
Продолжая болтать, старуха нагрузила егеря хворостом. Охапка была изрядной тяжести; пожалуй, слишком тяжелой для исхудавшей морщинистой женщины.

- Все будет в порядке, - отозвался егерь, взваливая вязанку на плечо. Споро перепрыгал по камням на другой берег, - благо, что холодов пока не случалось и камни не успели схватиться сверху коварным ледком, - после чего вернулся обратно и, присев, подставил старухе спину и плечи.
- Я не первый год хожу по лесам, мэм, - добавил, отводя назад руки и щурясь на клокочущую воду. – Умею смотреть и слушать. А не идти мне туда совсем нельзя. Вы, наверное, слышали о том, что зверь тут какой-то завелся. Егерь я. Если глаза на это закрою, - все равно что полисмен бандитов игнорировать станет.

- "А ведьма ему на закорки прыг! И поскакала, а он, бедный, остановиться не может", - пробормотала себе под нос старая леди, с прежней ловкостью взбираясь на спину Джерарду. - Сказки, сынок, это просто сказки, но порой в них побольше правды, чем в проповедях. И то верно: не священники спасли королевство от голодомора, а те, кто ведает. Сейчас я тебя хочу спасти: не ходи, мой хороший. Не надо. Темные придут времена, когда не разберешь, кто человек, а кто зверь.

Джерард не ответил, не до того было; перебравшись через ручей, снова присел, осторожно спуская старуху наземь. Выпрямился, поправив сбившуюся на лоб шапку, посмотрел в сторону темнеющей на том берегу кромки сосен.
- Если это так, - проговорил вполголоса, - то темные времена уже настали. Я встречал разных людей и иные были хуже зверей. Но, видите ли, мэм, среди них еще остались такие, кому не чужда человечность. Вот ради них я в лес и пойду. А иначе смысла в жизни моей не будет. Доброй ночи, мэм.
Сказал, - и пошел обратной дорогой, через каменный ненадежный мост. На том берегу подобрал ружье с ягдташем, развесил по плечам. Да и в сторону леса двинулся, не оборачиваясь.

Старуха некоторое время смотрела ему вслед, не шевелясь, только ветер трепал ее седые пряди, выбившиеся из-под платка. Потом женщина ушла. И не по дороге, ведущей в поселок, - ушла туда, где скалы и валуны, которых в предгорьях было великое множество, принимали особенно причудливые формы.
А лес встретил егеря беззаботным птичьим гомоном. И уже спустя четверть часа Джерарду стало ясно: здесь кто-то охотился. Совсем недавно во-он там подстрелили зайца, слишком рано одевшегося в зимний мех; подстрелили и унесли, проложив дорожку багровыми каплями.

Хуже было то, что за минувшие четверть часа Джерард не приметил ничего необычного или подозрительного. Следы на звериных тропках, метки, клочки шерсти, перья, - все было так, как надо, как обычно, да и птицы пели так, как могут они петь только в безопасном для себя месте. О чем же тогда говорила старая леди? Выходит, зазря пугала?..
Догадка осенила Джерарда внезапно, и была она такой же ясной, как вода в лесном ручье. Ну конечно же. Браконьеры. Наверняка кто-то из знакомых-родичей старухи промышляет тут незаконно, вот и отговаривала она егеря в лес соваться, пока в лесу промысел идет. Страсти рассказывала, надеялась, что струхнет егерь, особенно после всего близ города случившегося. А егерь возьми и не струхни.
Вот же…

Джерард присел на корточки. Поворошил рукой ржавь еловой хвои, поозирался в поисках отпечатков подошв, оставленных недавним охотником, - выстрела коего он не услышал, - и, сняв с плеча ружье, направился по цепочке следов, отмеченных бурым, кровавым багрянцем.
Этот браконьер был ему позарез нужен. Вот прямо кровь из горла. Кому как не ему и ему подобным было лучше знать, что тут делается.

Найти браконьера оказалось легко. Хоть бы следы запутал! Нет - сидел возле еще одного, совсем неглубокого ручья, положив свою добычу на камень, и тщательно мыл руки в холодной воде. Рядом с камнем лежало то, что объяснило отсутствие выстрела: этот человек охотился с арбалетом старинной модели. Да и сам он, говоря откровенно, выглядел выходцем из другой эпохи: его растрепанные волосы были перетянуты на лбу кожаным ремешком, худощавый торс вместо куртки согревала меховая безрукавка, надетая поверх латанной-перелатанной рубахи. Браконьер сидел спиной к Джерарду, но каким-то шестым чувством отметил, что уже не один на этой поляне, и стремительно развернулся. Поднял чистые мозолистые ладони.
- Я не враг, - хрипло сказал он, глядя на ружье.

- Лицензия есть? – Пока что ружье смотрело браконьеру под ноги. Не обижать же человека сразу?
Ларднер казался тем, у кого есть право задавать вопросы. Это объясняло промелькнувшую в странных, светло-карих глазах тревогу; мужчина поднялся, слазил рукой под безрукавку и вытянул сильно смятую, испачканную ржаво-красными разводами бумагу.
- Ранен был. Измазал, - лаконично объяснил он, протягивая лицензию егерю.
Лицензию, где стояла фамилия Эрин и значилось имя Лесли - Лесли Вуд.

Видимо, на лице у егеря промелькнуло все, что он думает по поводу оживших призраков. Спасибо шапке, скрывшей полями всю глубину изумления охотника, читавшего бумагу.
Правда, продлилось это недолго. Джерард не верил в привидений и тому подобную бесовщину.
Пошляешься по лесам, насмотришься на причуды природы, - и поневоле начнешь понимать, отчего люди, к оной не привыкшие, видят всякую чертовщину в обычных, навроде болотных огоньков, вещах.
- Вуд, значит… - пробормотал Джерард, не торопясь возвращать документ. – Случаем, не родственник Эрин Вуд, из Стоун Крика?

Охотник вздрогнул. Потянулся за лицензией, но тут же отдернул пальцы, скрючив их, как большая птица. Поднялся во весь рост, оказавшись не ниже Джерарда. Он был молод, даже густая щетина и разводы на неумытом лице не позволяли считать его пропавшим отцом девушки.
- Вам что до этого? - спросил арбалетчик, помолчав. - Она уехала, и слава Свету. Все Вуды уехали. Остался только я.

Джерард мельком глянул на браконьера, - а теперь он в этом был уверен, - после чего аккуратно сложил лицензию и сунул ее за отворот куртки. Шагнул назад; в следующий момент ружье уставилось лохматому в грудь.
- Уехали Вуды, - согласился егерь, взводя сухо щелкнувший курок. – На тот свет. Все, кроме Эрин. Руки за голову. Пойдем выяснять, что ты об этом знаешь.

- Куда? - вырвалось у охотника. Мокро шлепнул каблук его сапога: он попятился, забыв о ручье. - Не надо ходить, - быстро, отчаянно добавил поддельный Вуд, - я ничего не сделал. Хотите зайца? Забирайте его, я не голоден. Уже нет. И у меня есть шиллинг. Просто оставьте меня в покое. Я никому не мешаю.

Борода Джерарда едва заметно дрогнула; охотник не удержался от легкой усмешки. Все развивалось примерно так, как он и планировал.
Черный зрачок ружейного дула опустился вниз на пол-пяди. – Можем и не ходить… - медленно, будто бы раздумывая, отозвался егерь. – Но за это ты мне заплатишь. Не шиллингом и не зайцем, за шкуру которого мне дали бы примерно столько же. Как насчет небольшой сделки? Ты отвечаешь на мои вопросы, я тебя отпускаю. На этот раз. Попадешься во второй, - пеняй на себя.

Браконьер, пристально глядя на Джерарда, поскреб левую щеку мизинцем правой: неудобный жест, кто же так тянется? Подождал немного. И с заметным разочарованием кивнул.
- Не попадусь, - буркнул он, переступив с ноги на ногу. - Спрашивайте. Что знаю, скажу.

- Солжешь, - из под земли достану, - буднично пообещал охотник. – Это не угроза, просто предупреждение. Первое, - откуда у тебя эта бумага. Второе, - как твое настоящее имя, где ты живешь и как давно тут браконьерствуешь. Третье, - засучи рукава и покажи мне свои руки. Обе.

- Бумагу я взял у того, кому она теперь не нужна, - нехотя ответил бродяга, закатывая рукава. Действие сопровождалось вопросительным движением брови: он не понимал, зачем это понадобилось Джерарду. - И живу там, где никто не живет. В брошенной хижине. Зовут Чарли. Чарли Грэм. Не думал, что здесь еще появятся лесничие. Кому нужно это место? Королю? Пусть приезжает и сам ловит зайцев.

- Странно, что ты об этом не думал. Нортгейтский гарнизон уже давно кормят такие лицензированные егеря, как я. – Джерард внимательно оглядел заголенные конечности браконьера; хотел убедится, что на них нет следов укусов. – Со множественным числом я не ошибся, так что лучшим для тебя выходом будет собрать свои вещи и переехать к востоку отсюда. Где ты нашел того, кому эта бумага теперь не нужна и где твоя хижина?

- После того, что было с Вудами, вам бы стоило держаться подальше отсюда! - бросил молодой мужчина. Ни укусов, ни шрамов на его руках не было: по крайней мере, шрамов приметных, а от обычных царапин и порезов. - Вообще всем, кто не знает эти места, как свои пять пальцев. Только Вудам и это не помогло... Одного я нашел и то, что осталось, похоронил. Вон там, где кривая сосна на холме.

Укусов не было. Для отца Эрин Чарли был слишком молод, Томом быть не мог. Егерь жестом дал понять, что рукава можно возвращать на место. – Вот и держись отсюда подальше, - посоветовал тем же будничным тоном. – Желательно к востоку отсюда. Ты узнал того, кого нашел?

- Прочесть имя было легче, чем узнать в лицо, даже тому, кто плохо учился грамоте, - мрачно ответил браконьер. - При нем была эта бумага. И два ружья. Денег немного... Больше ничего я не брал, да и то взял в оплату за погребение. Мой дед был священником, сам умею бормотать не хуже. А снес бы к людям, закопали бы, как собаку. Считают же, что Вуды продались дьяволу, когда приютили у себя дьяволенка. Дьяволенок еще здесь, я видел его. Не тронул: а все потому, что я научился молитвам от деда.

- Ты не понял меня. Лесли Вуд, - кто это? Отец, сын, двоюродный брат?

- Я думал, вы знаете Вудов, - пробурчал парень. - Отец это. Двоюродного у них не было, один приемыш - Дэниел. Дьяволенок.

- Я знаком только с Эрин. – Джерарду не было нужды скрывать эту информацию. Более того, он собирался её использовать в своих целях. – Узнал от нее, что случилось. Обещал помочь разобраться. Погибших родственников уже не вернуть, но хоть похоронить можно будет как полагается, не на сельском, так на городском кладбище. Опять же, будет куда придти. Ты забыл указать местоположение хижины, в которой жил. Раз уж заговорил о Дэниеле, то придется рассказать и о том, где ты его видел. И когда. Заодно поведай, как на исповеди… смотрю, ты человек, к жизни в лесу привыкший. Ничего необычного не замечал?

0

Онлайн

Сейчас на сайте 0 пользователей и 0 гостей.