Куча грязного белья

15 декабря 2010 20:00
Персонажи: 

Вивиан: Сын сиятельного аристократа, наследник паствы многомудрого священнослужителя и брат одного из самых изысканнейших джентльменов современной эпохи Вивиан Редвульф сидел - бледный, как и окативший его разреженный полуживой подземный свет - в почти голой камере на полу среди газетных огрызков и сворачивал из них клубки. Он не обернулся на грохот отпираемых замков - к чему бы? В последнее время у него было полно посетителей... правда, все больше навещали его с какой-то просьбой, нежели чтобы выразить сочувствие... А, какая разница, ведь уже готов еще один бумажный шарик! Бросок - мимо! Дебелая хозяйка его квартир, камерная крыса, обиженно зашипела, вдавливаясь в камень. Но не страшно. Пока на подносе заключенного еще остается еда, у Вивиана впереди достаточно попыток...
"Вы хотите, чтобы я зашел с вами, сэр? Заключенный не опасен". Это провожающий Страуда, низенький губастый стражник, проведший с ним вместе последние несколько минут, пока они ожидали от распорядителя свежевого масла для фонаря. А фонарь-то, фонарь-то нужен всего лишь для коротенькой лесенки, ведь дюжина пустующих камер так и так ловила свет от коридорных факелов... "Вечно у нас так", - заметил человечек еще наверху, у своего стола.

Страуд: Оглядывая камеру и окружающую обстановку, Майк совсем не удивился - в любом подобном месте пустота всегда бывала гармонично совмещенной с мусором и обитателями. Охотник был одет в чистую серую рубашку и черные штаны, его волосы причесаны, а щетина гладно выбрита. Страуд давно понял, что оценивают в первую очередь по внешнему виду, и активно пользовался этим, когда не мог полагаться на один лишь язык.
- В этом нет никакой необходимости, мистер, - спокойно и учтиво ответил стражнику Майк, скользнув взглядом по нему и делая шаг к камере.

Вивиан: Хорошо бы и Вивиану понять это когда-нибудь! Лохматый, с двухнедельной бородой - отказывается от бритья! - с синими-синими мешками под глазами... хорошо, что хоть рясу переодел в тюремную форму!
"Я буду неподалеку, сэр". Стражник не стал закрывать дверь, оставил фонарик у косяка, а сам отправился поглядеть, что творится в других камерах, в которых еще можно было отыскать заключенных. Страд и Редвульф остались предоставлены самим себе...

Страуд: Охотник не казался агрессивным или настроенным на пустую ругань, его лицо выражало лишь мягкое любопытство и, наверно, чуток жалости.
- Майк Страуд, - посетитель всё таким же спокойным голосом обратился к заключенному, несколько раз сжав и разжав кулаки, а затем свободно всхряхнув пальцами, - давно собирался навестить вас, Вивиан, как только услышал о том, чего вы учудили в доме мисс Бричстоун.

Вивиан: Вивиан молчал. Лениво-безразличный вид трясущей боками крысы, в одиночку пожиравшей его трапезу, мог бы разрушить очарование от игры для любого, кроме самого Вивиана. Парень уже шуршал новым шариком, выжидательно прищурившись на животное... отвечавшее ему взглядом точно такого же подозрительного черного глаза. Если судить по количеству наваленных у стены разбитых в полоски или все еще целых снарядов - крыса и жрец выдерживают уже не первый раунд...

Страуд: Страуд, немного обескураженный поведением священника, хотя и ожидавший чего-то подобного, подошел почти вплотную к прутьям клетки и, не обращая внимания на грязный пол, уселся прямо на него. Чуть помедлив, он вспомнил про действия ученого и вытащил из кармана не очень чистый платок, которым аккуратно обтер пальцы.
Молчание затянулось. Майк, про себя поклявшись, что больше не будет слушать Руда, уставился в пол и негромко сказал:
- Еще не поздно вставить палку в капкан...

Вивиан: Жрец сам стал похож на крысу, с которой развлекался, когда стрельнул в гостя одним глазом. "Страуд, да? Привет тебе, - мало того, что хрипло, так и невежливо. Стражник не напарсно даже запирать их не стал и не ушел по своим делам - все понимали, что разговор не займет много времени. - Ты от чьих здесь?"

Страуд: - От независимого комитета расследований, - неясно ответил охотник и вдруг разозлился сам на себя, понимая, что вся эта таинственность ему уже надоедает, - решил лично познакомиться, потому что в таверне о тебе только и болтают.

Вивиан: "Познакомились. Следующий шаг?" Вивиан, как человек, который не пытается дорыться до правды, не испытывал тех же проблем. С чистой совестью он снова вперился в свою ботелую сожительницу.

Страуд: - Согласен, перейдем к делу, - голос Страуда стал грубее и ниже, а сам он вскочил с поля и, покосившись на открытую дверь, продолжил, - меня мутит уже от того, что в этом городе устроили даже ненавистники короля или сторонники кроулистов. Сплошная, черт побери, загадочность и богатый внутренний мир. Раз уж ты загремел сюда и не собираешься вылазить, рассказывай, что ты знаешь о епископе?

Вивиан: "Хороший был человек, - с весьма сомнительным вздохом начал рассказ Вивиан, - достойный. Книги любил... ну, и нежных молоденьких красавиц с яркими губами и томными глазами. Те отвечали ему взаимностью. А вот перец не любил, и часто из-за этого ругался на свою кухарку, которая полагала его полезнее *лучше этого вашего Света*. Ага, у него была своя кухарка. Аррг! Бесова худотрашка! - жрец снова промазал, так что это вопль бессильного разочарования относился не к несчастной женщине, оставшейся без работы, а к своей победоносно стучащей зубами хвостатой подруге. - Это все, я полагаю. Ах, у него еще не было половины среднего пальца на правой ноге, но он продолжал ходить в своих сандалиях. Думаю, за это его и убили, если тебе интересно мое мнение".

Страуд: - Думаю, ты знаешь, за что его убили, но палец тут не к месту, - Майк вдруг представил себе половину среднего пальца, торчащую из потрепанной сандалии, и поморщился, - сложно представить, как госпожа Эллис смогла влюбиться в такого кадра, как ты.

Вивиан: "А эт-то еще кто такая?" Тут жрец уже почти обернулся к Страуду, подслеповато тщась выплести из окружающего полумрака выражение глаз гостя - бесполезно, ведь тот сидел по свету... На мгновение ему показалось, что этот независимый комитет расследований вовсе не такой уж независимый, каким хочет казаться, а на самом деле - подразделение особой бригады разгневанных супругов и женихов. Содержание в тюрьме не пошло Вивиану на пользу: ломка по алкоголю и горячечнику, отказ от питаниязакономерно лишали его сил, изматывали характер, хотя он и держался молодцом. Но если его будут бить... как же он уснет?

Страуд: - Это одна твоя знакомая особа, которая так и не поняла, что если орать налево-направо про свою нелюбовь к королю, а затем тыкать ножом в кого-попало, то ничем хорошим это не кончится.
Охотнику было легко принять, что одним из важных источников информации стал какой-то пьяница. Какой-то... Всего полгода назад Страуд и сам валялся в канаве столицы, не способный произнести ни слова заплетающимся от ведра пойла языком.

Вивиан: "У меня нет таких знакомых, мистер!" Ему просто хотелось развлечься, и Страуд предоставил такую возможность. Возмущение в голосе было таким притворным, что даже огр разобрал бы обман.

Страуд: - Ну да, конечно, - скептичным голосом подыграл священнику Майк, чувствуя, что к жалости и удивлению теперь добавилась малая толика симпатии, - как долго тебя еще тут держать собираются?

Вивиан: Сын лорда лениво пожал плечами. Он обратил лицо к гостю - бородатый, с усталыми глазами, которые уже давно не блестели, и белый, как призрак подземелья, он выглядел раза в два старше своих лет. "Пока не поймут, что только напрасно тратят на меня свою еду, думаю".

Страуд: Майк прищурился и некоторое время просто смотрел на пленника. Складывалось такое ощущение, что он сомневается, стоит ли задавать все вопросы, которые его интересуют. Когда молчание затянулось, охотник скрестил на груди руки и негромко продолжил:
- Точно напрасно? Значит, ты ничего не знаешь о заговорщиках и о том, чем хвасталась девчонка, которая тебя прятала?

Вивиан: Выражение его лица не изменилось, но говорил он теперь медленно, подбирая слова: "Даже если бы и знал, то, очевидно, им стоило бы подобрать методы получше, чем просто оставлять меня здесь, вдали от - смотри! - каких-то не то взрывов, не то убийств, одному Грейману понятно, что это такое!" В руке жреца был газетный обрывок, на котором в кусочке обличающей полицию статьи автор подводил удручающий итог последней недели в городе.

Страуд: - Вдали? Не смеши. Если бы ты был интересен убийце, эта пара дверей и решетка не спасли бы тебя от него. Мы тут уже убедились, что этот парень умеет своего добиваться.
Майк задумчиво простучал стену кулаком.
- Обвинения-то уже предъявлены?

Вивиан: Уголки губ заключенного дрогнули намеком на улыбку: "Вряд ли хотя бы половина тех, кто так часто в последнее время оказывался в смертельной близости к *незарегистрированным официально* пороховым складам или стали жертвами уличных грабителей были вообще кому-нибудь интересны, Страуд, - газетный отрез вернулся в рулон. - И что за обвинения? В городе почти военное положение, ты не в курсе? В задницу эттина эти обвинения!" Вивиан не сердился, он молчаливо смеялся над своими словами и глупостью своего положению...

Страуд: - Я в курсе. Просто удивлен, что в городе почти военное положение, а конкретики никто не знает. Единственное, чем проявляются себя повстанцы - жалкие бумажки.

Вивиан: "Ну, по крайней мере, журналисты все знают. Почитай газеты - во всем виноват не то принц, разжигающий крестьянский бунт против своего отца, не то королева, влюбившаяся в дварфа, которого она прячет для утех в чулане. Все давно известно: и что было, и что будет, просто выбрать еще не можем".

Страуд: Поднятая бровь Страуда продемонстрировала его отношение к газетным уткам.
- Ты же понимаешь, что интересуйся я баснями газетчиков, я бы сюда не пришел и не доставал бы тебя. Что сам думаешь об убийце и... - Майк сделал неопределенный жест рукой - прочей хрени.

Вивиан: "Ты об убийце епископа, Страуд? - арестант отвернулся к крысе, своим весом громко опрокинувшей на себя миску с кашей. - Я читал, что они обвинили лесничество, неспособное совладать с численностью диких зверей, и лично короля, которым за этим не следит. А вообще, почему ты спрашиваешь *политического заключенного*? Неужели ожидаешь объективности?"

Страуд: Майк расхохотался.
- Какая еще объективность? Нету никакой объективности в том, что происходит, и никогда не будет. Каждый преследует только свои цели, и кому-то всего лишь угодно, чтобы Греймена свергнули.

Вивиан: "Как верно! И как опасно говорить об этом в полицейском участке. Хотя говорить сейчас вообще опасно, если верить... где же она? - парень шуршал сложенными вокруг себя газетами, тщась отыскать нужный ему некролог. - Свет, кажется, Марта забрала ее. Какой-то Чарли со смешной фамилией, которую мне уже не вспомнить, угодил под копыта несущих коней прямо на улицах, потому что был занят беседой с зеленщиком и не ожидал опасности со спины! Представляешь, Страуд? Они обсуждали, наверное, погоду..."

Страуд: - Полицейские такие же идиоты, как журналисты, поэтому здесь самое безопасное место, чтобы говорить на эту тему, - гость ухмыльнулся, - намекаешь, что Чарли со смешной фамилией тоже что-то знал? Для меня важнее, знаешь ли что-то именно ты.

Вивиан: "Гмм! Знал ли что-нибудь наш общий знакомый Чарли, это останется секретом, который несчастный схоронил вместе с собой под землей... Но я не буду скромничать - я знаю множество вещей! Напрасно что ли я потратил столько лет на семинарию?" В его отказе отвечать на вопросы было столько же от сдерживаемого желания выговориться, сколько от малоконтролируемого - показаться непоследовательным сумасшедшим. Вивиан растирал застуженную шею, когда о решетку одной из дальних камер звякнули ключи прогуливавшегося стражника - скорее всего, случайно, скорее всего, они ничего не расслышал.

Страуд: - То, что пригодится в жизни, заметно отличается от лишних знаний, которыми вас грузят при обучении, особенно священников, - поддел заключенного Майк, - мне хватило для обучения обычной школы и десятка лес практики в лесах.

Вивиан: "Ого! - священник не был удивлен на самом деле, это было восклицанием из вежливости, пока он придавливал тяжелым взглядом крысу. - Полагаю в таком случае, что ты не стал бы приходить сюда, думай ты так же, как и все - что старикана загрызло животное. Десять лет *практики в лесах*? Нет, серьезно? Десять долгих лет? Ладно... что ты ожидаешь от меня? Думаешь, это я его исцарапал корешками от книг?"

Страуд: - Я же не сказал, что десять лет сидел в шалаше безвылазно, - Страуд немного удивился реакции Вивиана, - и не нужно большого опыта, чтобы понимать бредовость убийства епископа животным посреди города. От тебя мне нужно лишь знать, что ты слышал про бумаги покойного?

Вивиан: "Ах, вот оно что. *Десять лет* и разговоры о короле. Нет-нет, ты не подумай, это не похвала лично тебе, *Страуд*, - борода жреца встопорщилась, когда он растянул улыбкой губы, - просто пока я тут сидел в темноте, разучился различать вас одного от другого. *Независимый комитет*, честно? Меня подкупила дешевизна этого трюка - видимо, куда уж яснее должно быть и мне самому, и окружающим, сколько я стою на самом деле? Вы осточертели мне - и ты, и этот полковник с его стариковскими методами. И эти газеты! Арр, проклятье!" Хотя эти слова должны были прозвучать гневно, тон его голоса был почти ласковым. Несколько сухих, мятых листков в его сжавшихся кулаках - он отшвырнул бы их прочь, но воздух ему бы не позволил...

Страуд: - Какой интересный спектакль, и даже не пришлось покупать билет в театр, - процедил сквозь зубы Страуд и вплотную приблизился к решетке, - скажешь то, что нам нужно - и мы поможем тебе выбраться из этой помойки. Иначе будешь сидеть до тех пор, пока стариковские методы полковника не сработают.

Вивиан: "Он здесь ни при чем и прекрасно это знает - что ты несешь? - нотки раздражения смешались в его голосе с разочарованием, хотя они, вместе со взглядом, были направлены не на посетителя, но на газеты в его руках. - *Очевидно*, Святой Свет, что у меня было тысяча тысяч способов выбраться отсюда - да кто бы удержал меня? Кто вообще учил тебя?.. Но пусть считает, что он выиграл, а ты получишь свое повышение. Мне плевать. Ищите бумаги на Северной площади, во дворе бывшего графского домика, под осыпавшимся кленом, между выступающими корнями - там будет наложен камень. Это то, что я получил. Знай, что есть списки, но у кого они я не скажу, пусть мне доведется провести здесь две сотни лет - Свет свидетель, я дал уже достаточно времени, если бы это было важно! Если бы это имело смысл..." Вивиан выпустил газету - тонкие обрезы, не ставшие шариками, просочились сквозь растопыренные пальцы, стекли по воздушным горкам на каменный пол. Высокий лоб нахмурен, взгляд тяжело упал на его ноги в пыльной натянутой мантии.

Страуд: - Да не работаю я на корону, успокойся, парень, - Майк нахмурился, стараясь запомнить местонахождение бумаг, хотя и сомневался в правдивости слов священника, - я даже не знаю, что в этих бумагах ценного, кроме того, что они, возможно, помогут выйти на заговорщиков. Чего ты так разнервничался-то?

Вивиан: "Выходи на своих заговорщиков через ту же дверь, через какую сюда вошел, *Страуд*. Ты получил, чего хотел. А я хочу нормальную кровать и того зелья, что забыл забрать граф - не смейте забирать его и вы! И обувь, которую у меня отобрали. Почему ты еще здесь? - Вивиан сумрачно оглядел растянувшегося в его камере человека - с какой-то натертой, досадливой неприязнью. - Беги к тому, на кого ты *не работаешь*, и рассказывай, как ловко все у тебя сработалось!"

Страуд: - Вроде бы нормальный мужик, а разнылся как баба. Мы пытаемся действовать в твоих же интересах и ни к чему не принуждаем. Даже если ты выберешься отсюда, то намерен вернуться все к тем же бесцельным пьянкам и дебошам в тавернах или хочешь заняться наконец чем-нибудь реальным.
Майк говорит убедительно и спокойно, не позволяя себе сорваться.

Вивиан: "Я занимался тем, что считал *реальным* и *стоящим* последние три недели - двадцать растраханных в душу ячменными эттинами дней, но все это не значило *ничего*. Во всяком случае, на общество я успел поработать достаточно, теперь пришла пора отдыха. Проклятье! Ты не уходишь! Почему, что вам еще от меня нужно?"

Страуд: - Даже удивительно, как это ты не смог изменить мир за целых три недели! Хватит вести себя как идиот. Мне нужно просто понять, правда ли ты такой бесполезный мусор, каким кажешься, или способен к действиям.

Вивиан: "Так теперь еще и действий вы от меня хотите? - раздражение быстро сменилось удивлением и озадаченностью: полиция не устает давать людям второй шанс? - И почему я? С какого беса я-то?"

Страуд: - Да не имею я никакого отношения ни к полиции, ни к короне, придурок. Меня уж точно туда бы никто не позвал, особенно если о прошлом вспомнить, - рассказывать о своем прошлом подробнее Майк, однако не стал, - я не требую от тебя действий, а лишь спрашиваю, ты к чему готов или так и будешь упиваться своей бесцельностью?

Вивиан: ...а Вивиан не стал спрашивать. И вот он говорит сам - куда медлительнее и осторожнее, чем минуты назад. "Вот как. Выходит, я Свет знает кому только что выдал ценность, за которой еще недавно охотилась половина города? Что касается твоего вопроса, то ответа я не знаю - что у меня есть, чего я мог бы предложить? Если тебе нужны деньги... я не подаю. Общественный статус, - Вивиан обвел руками с длинными, грязными ногтями его залу для приемов, - у меня, как ты можешь заметить, не самый высокий. Скорее всего, найдутся люди, которые будут возражать против моего права наследства, а я не уверен, что сейчас хочу спорить с кем бы то ни было: упиваться бесцельностью выглядит соблазнительно... Вопрос к тебе: что *ты* можешь предложить мне такого, ради чего мне стоило бы вступиться, Страуд? Я не хочу оказаться на месте одного из двух бедняков, свершающих между собой сделку о продаже драгоценностей, который у одного нету, а второй все равно не смог бы себе позволить".

Страуд: - Я ничего не могу обещать, потому что переменных величин слишком много. Совсем недавно мне и самому было наплевать на всё, а хотелось просто просиживать задницу в своей комнате на втором этаже таверны. Но здесь что-то происходит. Всё так взаимосвязано и одновременно запутано, что дает шанс наконец встряхнуть всех жителей королевства и изменить сразу всё. К чему и стремится Кроули.

Вивиан: "Громкое имя. Достаточно громкое, чтобы не произносить его вслух тому, кто только недавно спустился с таверны и сам еще ни в чем не разбирается - либо лжет обо всем, - парень поскреб жидкую бородку, просыпавшись с нее хлебными крошками. - Я спрашиваю ни о деньгах и ни об имуществе - по всей вероятности, это то, что ты сам хочешь от меня получить. Я спрашиваю, какое такое захватывающее и неординарное приключение ты готов предложить заключенному в камере жрецу, лишенному паствы? Надеюсь, не практиковаться в лесах?"

Страуд: - Да ладно тебе, после пребывания тут даже обычная пьянка может показаться захватывающим и неординарным приключением. Я не представляю, что ты за птица и какие у тебя цели или мысли о том, что с нашим народом происходит. Но кое-кто сумел меня всё-таки убедить, что за королевство нужно сражаться, а не стоять в стороне.
Страуд смутился, ему было сложно сформулировать идею, что пытался донести до него Руд.
- Странно, что в эти передряги всегда попадают такие отбросы, как... мы.

Вивиан: "Отчего же, вляпываться - удел бедноты и подобных мне". Вивиан не мог не разделить себя и своего гостя, пусть даже его посетитель выглядел намного представительнее и опрятнее, чем он сам. Сын лорда и - пока еще! - наследник титула и всего состояния стареющего анахорета не допускал обобщения *мы* с *такими отбросами*. "И забавно - я думал, что мои мысли никогда не были ни для кого секретом: спроси любого на улице о Вивиане Редвульфе, и любой ответит, о чем думает Редвульф и что ему нужно от жизни. Народа, ты говоришь? Что может быть проще - с ним происходит то же, что и со старыми сырыми портянками, которые ты забываешь в куче грязного белья - они преют и гниют. В непроветриваемом помещении скоро становится душно, и народ, запертый за Стеной, начинает сходить с ума от духоты. И поджигать себя на бочках с порохом, ха!"

Страуд: - Если окно заело и не открывается, его просто выбивают ударом ноги. Большинство, конечно, уже забыло о прошлом, но они вспомнят и смогут измениться. Потому что у них не останется выхода.

Вивиан: "Разумно. Справедливо. Но вместо стекла вспомнить прошлое людям мешает кирпичная кладка, а я уже знаю каково это - подорваться на динамите".

Страуд: - Откуда знаешь?

Вивиан: "Сколько точно ты практиковался в лесах, Страуд? Неужели ты не слышал об Иеремии Редвульфе?"

Страуд: - Один из тех, кто сдох при взрыве у Стены? Что-то слышал.

Вивиан: "Ха! Точно. Но я еще и видел, и не питаю желания испытать на своей шкуре".

Страуд: - А просиживать задницу желание питаешь? Гнить вместе с остальными?

Вивиан: Вивиан мягко взглянул на своего гостя - не сдерживая и не пряча эмоции или угрозу под мягкостью, но искренно: "Мне начинает казаться, что мы здесь просто теряем время, Страуд. Ты пытаешься рассказать мне, что мой образ жизни недостоин моей крови? Даже приносящий еду слуга не забывает напомнить мне о своих взглядах. Но сидеть я здесь не собираюсь больше, в этом могу тебя заверить. Мне обещали епископат... думаю, это было бы хорошим решением, как ты считаешь?"

Страуд: - Сам решишь. Что ж, спасибо за ответы. Ты же не соврал про бумаги?

Вивиан: "Ты же можешь проверить?"

Страуд: - Мы проверим. Надеюсь, эти бумаги прояснят хотя бы что-то. Еще увидимся, - Майк кивнул на прощанье, накинул на плечи плащ и вышел из комнатушки, прикрывая разочарование улыбкой.

Вивиан: А Вивиан не был разочарован. Напротив! Неожиданный толчок со стороны, явление странного гостя, и вот он уже со всей ясностью осознал, что отдал три недели своей жизни совершенно ни на что. Сейчас нужно только позвать стражника, чтобы тот передал его послание представителям столичного Собора. Пора драть отсюда...

0

Онлайн

Сейчас на сайте 0 пользователей и 0 гостей.