Гладиатор

3 декабря 2010 07:10
Персонажи: 

Доброе утро, Джери! Хорошо ли тебе спалось? Не бойся открывать глаза, свет тут неяркий. Пять сторон каменного квадрата, в котором ты очнулся — это сплошные стены из вплотную приваленных один к одному огромных булыжников, а прямо перед тобой — высокая арочная решетка. Это не голова и не твое воображение: через железные заросли с низким туманом и пылью до тебя долетают едва различимые вопли ликующей толпы,
многократно повторенные эхом. Запах здесь какой-то дымный... с грибами и плесенью.

Спалось Джеду омерзительно. И дело даже не в неудобной, навязанной кандалами позе, от которой ломило суставы, - нет, дело в голове, по которой не так давно с усердием лупили прикладами. Головокружение и периодически накатывавшая дурнота сигнализировали о наличии легкого сотрясения мозга, веко под рассеченной бровью отекло и один глаз почти не открывался; несмотря на то, что доносившиеся сверху звуки провоцировали на зов о помощи, Джерард понимал, - даже если его и услышат, то наверняка явятся исключительно затем, чтобы добавить тумаков и без того тяжелой голове. Охотник сглотнул. С трудом ворочая затекшей шеей, огляделся. Хотелось пить.

"Шш! Проснулся? - прошелестели разлучаемые с кладкой эфирные ткани: девушка в легкой спортивной курточке, чуть-чуть разведя ноги, непринужденно-расслабленно опустилась на колени егеря. Приветливая улыбка на черных губах - узнаешь, мол? - уверенная, что прохлада ее рук принесет несчастному покой, мягко дотронулась до пострадавшей кожи на разбитом лбу. - Ну, и что тут у нас?"

На некоторое время в подвале воцарилась тишина. Мертвая, если не считать приглушенного стенами гомона сверху. - Полуэльф тут у нас, - выговорил егерь, чувствуя, как трескаются запекшиеся губы. Плевать. - Одна наглая, самоуверенная штука, которой стало неинтересно играться в чернильницы и валяться на журнальных столиках. Приключений захотелось?

Ему ответит другая фигура, хозяйка еще одного женского силуэта - словно кошка на мягоньких лапах, оторвавшись от тени, нависла над распластанным на полу бывшим констеблем - откуда она взялась?
"Доброе утро, мистер Ларднер, - встревоженные движением туманные призраки пробегали мимо нее, пролетали вперед, влажно-испуганно касались щеки мужчины, целовали его ладони и затем развеивались, счастливые. - Полагаю, вы знаете, почему вы здесь, но не знаете, где это *здесь* находится. Так?"

Отрывисто звякнула цепь, когда егерь, пошевелившись, поднял голову, чтобы взглянуть на нового участника разговора. - С точностью до наоборот, мэм. Мне абсолютно все равно, где я нахожусь, тем более что мне это примерно известно. Но, полагаю, вам не очень хочется слушать о том, как я это определил. А вот почему я здесь, - этого я не знаю. Опять же, могу только предполагать; судя по вот этой голубоглазой грелке для моих коленей, мои предположения насчет варварских действий мистера Поркинсона по отношению к должникам оказались верны. Сделай вы морды ящиками, оные предположения остались бы на уровне догадок. Вы не сделали. Вам так мешают догадливые люди, не способные доказать кому-либо свои теории?

Самоуверенная штука осклабилась, показывая клыки. Ее пальцы, едва-едва прикасаясь костяшками к опухшей коже, вползли по хмурому лбу до растрепанных волос, погрузились в их непослушную массу. Она мягко надавила, подаваясь вперед, облизывая его дыханием, вынуждая удерживать голову неподвижно и позволить ей рассмотреть получше - нет ли где еще повыше этих неприятных ранок? Почти невесомая, едва ли он даже чувствовал собой тяжесть ее тела.

"Поркинсон? - голос силуэта в тумане прозвучал удивленным. - Этот мешок сала? Он не значит ничего, мистер Ларднер. Знайте, что вас приговорили к смерти". Полосы белых паров взбирались по ее ногам выше, едва ли не до колен, как ласкающие любимую мать ладони детей.

Джерард, осекшись, невольно глянул в нависшее над ним лицо полуэльфки, узкое и бледное, особенно в подвальном полумраке. Сглотнул; снова звякнули цепи, удерживавшие согнутые в локтях руки под головой. - К смерти? - переспросил рассеянно; мгновением спустя сморгнул и слегка наклонил голову в сторону, дабы видеть говорившую с ним женщину. - И за какие-такие грехи?

"Убийства, - холодно констатировала женщина, и, казалось, самый ее тон, а не вскользнувший сквозь затенения между прутьями ветер, разорвал обволакивающую ее ноги белизну. - Вы должны были умереть сразу, но Королевский Судья нашел для вас иное наказание. Вы умрете, - поспешил успокоить егеря силуэт, - но умрете прилюдно, в сражении. На потеху публике".

- Убийства, простите, кого? - Чужие пальцы в волосах отвлекали; охотник невольно тряхнул головой. Черт с ней, с голубоглазкой, не до нее сейчас. - Зайчиков-лисичек в нортгейтских лесах, что ли? Святой Свет, не знал, что в здешних краях орудует банда защитников природы.

Риш, удовлетворенная увиденным, отняла руки - ну, мол, не сердись, я больше не буду - чтобы тут же, оглаживая плечи, задевая за вздувшиеся от сырости затекшие шейные мышцы, проникнуть под ленты его воротника, выпрямить его, освобождая этим естественным для нее движением верхнюю пуговку рубашки из тканевых складок. Большие пальцы, расставшись с хомутом, скатились, ласкаясь, вдоль стрелочек ключиц, уперлись в металлические окружности кнопки...
"Трех преданных королевских слуг, мистер Ларднер", - пояснила женщина. Вязкие шатающиеся дымы под ее ногами казались сонмом встревоженных напуганных привидений. Она продолжила тут же: "Ваши оправдания не имели бы значения. Приговор вынесен. Я здесь, чтобы донести его до вас".

- Ясно, - буркнул охотник, прислоняясь к затылком к стене. Прикрыв глаза, помолчал немного; было совершенно очевидно, что на него свалили чьи-то грехи, либо углядели в нем некую, неизвестную самому Джерарду опасность и пытаются устранить под фальшивым предлогом. Последнее вызывало некоторые вопросы, - к примеру, зачем надо было волочить сюда, если можно было убить тогда, на заднем дворе кузни? Решили сделать из убийства неугодного показательную казнь, во имя устрашения врагов какого-то там короля, хозяина всего этого балагана? Черт знает что. Уехал из столицы, называется. - А эта красота ненаглядная, - было понятно, о ком егерь говорит, - что-то вроде моего последнего желания? Если да, то оставьте нас уже и пусть приступает.

Атласно-черные губы заблестели, когда "последнее желание", закусив кончик языка, окуналась в сражение с пуговкой. Проворные пальцы умело ощупали ее со всех сторон, примеряясь к размерам - ох, слишком большая для этой узенькой щелочки на отвороте рубашки! - очень медленно, будто получая от процесса какое-то свое извращенное удовольствие, то и дело бросая притворно-скучающие взгляды на лицо егеря, она натянула
подушечкой одну сторону дырочки, перепрошитую для крепости плотную нитями, сместила створку вдоль гладкой изнанки кнопки. Вздрогнула, весело улыбаясь, когда первая пуговица выскочила наружу. Ни тени разочарования в смеющихся синих глазах - еще же их целый десяток...
"Тогда пусть вам будет ясно и следующее: вы умрете на ринге, - безжалостно чеканила холодная повелительница тумана, не обратившая на вопросы никакого внимания, - а прикончит вас Огророжий, претендент на звание Чемпиона в Королевском Турнире. Знайте, что вам позволено будет взять с собой оружие, мистер Ларднер. Скажите, какое".

Вообще, по законам жанра, в первой части сего подвального действа Джерарду полагалось орать, бренчать цепями и всячески доказывать свою невиновность. Как же так, он тут не при чем, да у ростовщика бес попутал, а жизнь столь прекрасна и менять ее на деревянный сюртук в свои двадцать восемь ой как неохота! Но, - если отбросить шаблоны, то егерь прекрасно понимал, что влопался. Что воплями дело не поправить, а забавить этих чокнутых баб, уверенных, что даже самый суровый мужчина будет наматывать сопли на кулак, если его приковать к стене, - ну нет.Ни за что. Кстати, о цепях... - Ага, на ринге, - согласился охотник, изучая пуговки и стискивая натянувшиеся цепи в кулаках. - Насчет оружия я подумаю... - Сказал, - и, ухватившись крепче, резко дернул колени на себя. Так, чтобы наподдать ими этой улыбающейся мерзавке пониже спины, чтобы лбом в стенку вписалась, королева подвальной красоты; скованные ноги что-то дернуло, тяжко проскрежетало по полу, но егерь был сильным человеком. Достаточно сильным для того, чтобы в рывке протащить по полу гирю, крепившуюся к ножным кандалам.

"Крр-акх!" Не была готова. Слишком самоуверенна, наверное. Не успевая вскинуть для защиты руки, не успевая задержать свой стремительный запуск, полуэльфа угодила лицом прямо на каменный наст за спиной бывшего полисмена. И повалилась набок, растирая ушибленный лоб...
"Что ж, у вас есть время подумать. Но если станете просить что-то экзотическое, выйдете на ринг с голыми руками". Женщина не казалась обеспокоенной порывом Джерарда. Она даже не изменила позы.

- Брысь отсюда, - угрюмо буркнул будущий "гладиатор"; не глядя на полуэльфку, снова выпрямил ноги, немного напрягаясь в ожидании возможных репрессий с её стороны. Пинать скованного очень удобно, никуда не денется. - Никакой экзотики, мэм, я уже выбрал. Армейский палаш.

"Он готов, - вынесла свой диагноз уязвленная шипящая змейка. Не сдержавшись, вскочив, с чувством пнула охотника по ноге. - Ууу, попедон рычажный!" Второй раз не успела ударить, ее окликнули. Пыхтя от гнева, пообещала, сузив глаза: "Я с твоей козочкой еще наиграюсь, гончарный. Вдосталь, ага!"
"Довольно! - прекратила склоку женщина, не показавшая лица. - Ты получишь палаш. За тобой явятся. Прощай".

- Что и следовало доказать, - прошипел егерь, про себя порадовавшись, что пнули просто по ноге, - можешь отрываться только на сопливых малолетках и связанных людях. Моя козочка? Нет у меня козочек. Что, настолько пресытилась развратом, что без фантазий уже не встает, шлендра трактирная? Ага, мэм, до встречи. Идите, тут сейчас, возможно, будет очень шумно и не очень цензурно.

Пятясь, постукивая сапожками по полу, изображая оскорбительные жесты, полуэльфа обходила женщину-дымку. Как ни желала она остаться и мерзавца сама, закон есть закон... по крайней мере, когда есть свидетели. Ничего, Огророжий ему устроит... Сама же она забудется сегодня в другом месте. Решетка отверзлась для нее руками стражников-мужчин, все это время, невидимые, стоявшими на посту где-то за камнем.
Не добавив ни слова к сказанному, женщина развернулась и выбралась следом. Разбуженный ее ногами туман улетал вместе с хозяйкой...

Джерард проводил взглядом обоих и, вновь ткнувшись затылком в стену, закрыл глаза; в настоящий момент егеря интересовали не эти двое, - основное любопытство вызывал вопрос, будут его расковывать или нет. Если нет, то быстрая победа этому их Огороженному наверняка обеспечена. Все тело затечет.

0

Онлайн

Сейчас на сайте 0 пользователей и 0 гостей.